Всклокоченные и помятые после половины суток болтания в своих люльках в слипбасе, мы прибыли в Нячанг — один из лучших курортов Вьетнама. Залив Нячанг входит в двадцатку лучших заливов мира, а местные пляжи давно облюбовали туристы со всего света. Белый песок, пальмы, морепродукты, десятки островов, катание на катерах, дайвинг, снорклинг — всё это ожидало бы нас, если бы не пасмурная погода и проливной дождь. Девочки уже точили ногти, чтобы разорвать меня на части, за то что я так долго мотал их по жаре с сумками вдали от моря и когда мы наконец приехали на побережье, чтобы купаться и загорать, тут случилась плохая погода, будто я был в этом виноват. Чтобы не стать жертвой мятежа и спасти целостность своих кожных покровов (и внутренних органов), я усадил их на пляже, чтобы морские пейзажи их умиротворяли, а сам побежал искать отель со свободными номерами и приемлемыми ценами. Ещё...

Рейс Ханой–Хошимин пользуется бешеной популярностью. Свободные места если и бывают, то на самолётах Вьетнамских авиалиний, поскольку они стоят дороже. На наш рейс лоукостера Jetstar, последний на сегодня, были проданы все билеты. Кроме нас на рейсе было всего трое европейцев: две девушки скандинавской внешности в хвосте самолёта и пилот, что прямо скажем воодушевляло. Вьетнамцы ведут себя в самолёте достаточно диковато: не знают как застёгивается ремень безопасности, предпочитают не сдавать вещи в багаж и все свои баулы тащат в салон, распихивая их во все возможные углы и щели, и принципиально не запирают дверь в туалете, предпочитая караулить момент, когда кто-то начнёт открывать её, чтобы судорожно захлопнуться обратно. Большинство из них, как видно, летают либо совсем редко, либо впервые, при этом очень нервно дёргая коленками и ковыряя в носу. Ещё...

Впервые я услышал выражение «золотой день рождения» пару лет назад, по-моему от Хантера. Означает оно совпадение даты рождения и цифры наступающего возраста. Нумерологическая и практическая ценность от этого знания, конечно, нулевая, но на свой золотой ДР я твёрдо решил устроить себе что-нибудь особенное. Чрезвычайно необычным вариантом показалось мне свалить в конце ноября из теряющей тепло России (а ноябрь в этом отношении всегда лотерея с хреновыми призами) в дружественный и готовящийся к высокому сезону Вьетнам. Почему именно Вьетнам, а не к примеру тот же Таиланд, я не мог объяснить ни до поездки, ни сейчас. Как-то где-то услышал отзывы, увидел программу, прочёл пару постов в блогах и сформировалось представление о стране в виде тезисов: дико, дёшево, колоритно — то, что я люблю. В Азию я хотел попасть давно. Европейские страны в большинстве своём понятны и живут по схожим правилам, близким и приемлемым для нас. В Азии же меня интересовало в первую очередь непривычное мировосприятие, в корне отличное от европейского. Хотелось просто выйти из аэропорта и охуеть от того, что я ничего не понимаю. Ещё...

Совершенно случайно и неожиданно в этом году сбылась моя ещё детская мечта побывать в Карелии. Не раздумывая ни минуты, я довольно кивнула и дала согласие на подобного рода развлечение. Предстояло водное путешествие по одному из самых больших озер России в команде профи в течение трёх недель. Полная тишина, никаких благ цивилизации и прогресса. Только природа, и пять человек со мной в команде. Такие виды отдыха я не рекомендую тусовщикам, лентяям, неженкам, и любителям греть попы на южных пляжах. Людям другого склада ума и характеров определённо понравится. Ещё...

Почему мы так редко ходим в походы? Ведь у нас в стране есть все необходимые условия для этого: огромные необжитые территории с изумительной девственно чистой природой и полное отсутствие дорог и каких-либо коммуникаций. Этим летом мне посчастливилось принять участие в сплаве по Средней Катуни в Горном Алтае, и это было одно из самых увлекательных путешествий в моей жизни. Ещё...

— Держи, это русские деньги, просто на память.

— Оу, спасибо! А сколько это в евро!?

Продрав глаза и расправив кости, мы нырнули в душную ночь, ещё державшую оборону от прорывающегося с востока солнца. Оно уже где то рядом, над Аравийским полуостровом, еще чуть-чуть и мы услышим грохот разрывающихся снарядов. Но пока еще темно, и всполохи взрывов не озаряют мутное ночное небо. Есть время собраться с мыслями, хотя в голове вертится всего одно решение по поводу дальнейших действий: мы ехали сюда ради океана, значит и нужно искать дорогу на побережье. Подросток на «тук-туке» за пару минут добросил нас к месту назначения, заломив цену в четыре раза больше общепринятой, как мы узнали впоследствии. С одной стороны улицы, на которой он нас высадил, сгрудились малоэтажные дома, с другой зияла пустота. Шума прибоя не было слышно, отчего я и спросил парня, где, собственно, океан, к которому он нас и должен был привезти.

— Океан? Да вот же, там!

Он махнул рукой в сторону пустоты, где небо уже начинало из черного становиться темно-синим. Так я впервые увидел Индийский океан, чуть более тёмный, чем небо, ещё только  начавшее светлеть. Солнце стремглав врывалось в спящую землю, снося всё на своем пути, не оставляя ни капли тени в своем походе к зениту. Ещё...

Я уже жаловался как-то, что у нас в стране не умеют организовывать массовые праздники. Особенно плохо это получается в столице на 9 мая. Когда кто-то сидит на трибунах и смотрит парад, а все остальные курсируют от одного подпольгного алкогольного ларька к другому через кордоны милиции мимо закрытых станций метро. Москвичи в этот праздник обычно отправляются на дачи, а мы бездачные, просто решили сбежать из города. Ещё...

— Эй, мистер, возьми бананы! Очень хорошие! 300 шиллингов!

— Нет, не надо...

— Возьми! Мне нужно кормить детей!

— Мне жаль, но не нужны бананы...

— Все люди одинаковые! Если отрубить руку у тебя и у меня, кровь будет все равно красная!

— Да я не нацист, мне просто не нужны бананы!

Чем отличался Йонас от остальных африканцев, так это живым интересом ко всему происходящему, явным стремлением показать нам, что африканцы вовсе не такие, за кого их принимают в остальном мире. Ещё...

— Когда-нибудь все чёрные люди объединятся!
— Все чёрные — братья! Хьюи Ньютон!
— Да! Мы объединимся и подымем из пепла чёрный континент!
— ДА! Большая, великая чёрная революция!
— Завтра, чуваки, завтра…

Если в 6 вечера сесть в самолет и двинуть со скоростью около 1000 км/ч в сторону экватора, то в 3 часа ночи вы будете топтаться у дверей практически безлюдного аэропорта и перед вами будет лежать вся Африка: с её львами-крокодилами, душками-лентяями неграми, мясными блюдами и похуизмом, прописанным в национальной политике любой страны чёрного континента. Ещё...

Когда я учился в школе, сноубординг в нашей стране был очень молодым и чрезвычайно дорогим видом спорта. Накопить денег на первую доску тогда я ещё не мог, хватало только на журналы Onboard, которые я читал взахлёб, разглядывая фото трюков на бигэйре. А когда поехал покупать свою первую доску на толкучку у Автозаводской, меня, помню, пробирала мелкая дрожь. Сейчас я уже откатал 6 сезонов, сменил три доски, объездил большинство известных московских и подмосковных склонов (даже в Самаре катался), поставил на доску и заразил сноубордом около десятка друзей, но до этого года ни разу не был в горах. Всегда так получалось, что к сезону я обычно был либо безработным и бедным, либо устраивался на новую работу и мне не давали отпуска, либо ехать было не с кем, потому что у досочников-соратников находились симптомы первых двух причин. Но в этом году я решил твёрдо, что меня не остановит ничто. По мнению большинства людей Кабардино-Балкария отличается от Карачаево-Черкесии примерно как племя Вачати от племени Вачуту, и когда я говорил, что еду кататься в Домбай, все вспоминали террористов из Приэльбрусья, и с выпученными глазами желали мне здоровья (ментального, наверное). Ещё...