Я уже как-то рассказывал, что очень завидую людям, которые умеют рисовать. Выстроенные в мозгу линии рисунка я могу чётко переносить на поверхность либо по линейке, либо путём многократных проб и повторений до попадания «в точку». Усидчивости для развития навыков рисования мне не хватает, но тяга к созиданию неуёмна, поэтому я решил попробовать трафаретное граффити, по примеру известного Banksy (он, кстати, кино снял), о которым мы уже тоже говорили. Ещё...

Под гул турбин я вглядывался в мерцающие десятью тысячами метров ниже огоньки, и силился понять — над какими столицами сквозь тьму европейского неба я несусь в аэробусе? Может, эта желтая клякса — Мадрид, а  то, вытянутое пятно — Женева? А может, Цюрих? Что за хуйня, ночные полеты... Я и так побаиваюсь летать, а здесь и отвлечься не на что — концентрируешься на своем страхе и лишь успеваешь потирать вспотевшие ладони. Благо, во время полетного ужина я запасся двумя стаканчиками белого... Учитывая то, что пью я крайне редко, мне хватило и этого чтоб хоть как-то расслабиться. Впрочем, уснуть не помогло. Я отсчитывал минуты и часы. Представлял континент, на который я лечу, готовил себя морально к любым пиздецам. Укорял себя, что надо было запастись чем покрепче во франкфуртском “duty free”, где я ожидал пересадки, ведь в арабском мире с алкоголем туговато (Турция с Египтом не в счет). «Зато с гашишом не туговато»,— пискнул кто-то из потаенного уголка моей чёрной души. Ну да ладно... Да-да, Марокко — главный поставщик первоклассных камней и пластилина на территорию всей Европы. Именно это, говорят, не дает марроканцам полностью влиться в мировую элиту. Но их король старается, за распространение — смертная казнь. За хранение для собственного потребления — вырезают заживо полпечени и заставляют сожрать. Шутка... Не в этом суть. Ещё...

За что я не люблю историю — так это за то, что её все трактуют как им вздумается в свою пользу. В начальных классах школы нам рассказывают одно, в 11 классе мы уже слышим другую интерпретацию некоторых событий, в университете нам рассказывают, что всё что мы знаем об истории — ложь и провокация жидомасонов, а уж как умело жонглируют историческими «фактами» разного рода политиканы в своих интересах — и вовсе на грани фантастики. А теперь попробуем непредвзято взглянуть на экспозицию музея истории ГУЛАГа. Ещё...

Всё новое — это хорошо забытое старое. Или не забытое, а просто вовремя вспомненное. В особенности это качается модных тенденций в одежде. Каждый год дизайнеры разом вспоминаеют то «гангстерские» 30-е годы в Чикаго, то ностальгируют по Битлз и Твигги 60-х, то вспоминают как впервые попробовали ЛСД и ходили в пончо и разноцветных майках вместе с остальными хиппи на Вудстоке в 70-х. И так по кругу. Моё детство пришлось на 80-90-е годы прошлого века, и главным трендом среди молодёжи того времени были джинсы-«варёнки» (это уже потом были леггинсы и хлынувший с челноками ширпотреб). Понятно, что выдумали этот приём не от богатой жизни, а из необходимости продлить жизнь надоевшим и заношенным штанам. Голь на выдумки хитра, и как я уже говорил, у русских людей подобное критическое мышление развито очень хорошо. В связи с тем, что на полках магазинов появились залежи фирменных «варёнок», мы решили по-новому взглянуть на свой гардероб. Ещё...

«Эта работа развивает чувство классовой ненависти».

 Тайлер Дерден

Когда я проводил социологический опрос на тему самых непопулярных профессий, и вариантов, предложенных опрошенными, было столько много, что я порядком задолбался придумывать им какую-либо классификацию. Но что меня поразило больше всего: среди более чем 150 ответов не было варианта почтальон. Так что я посчитал своим долгом рассказать пусть не о самой крутанской, но об одной из самых древних (путаны и политики — вперёд!) профессий. Ещё...

XXI век — век лентяев. Фотографирование никогда не стало бы настолько популярным занятием, если бы не изобрели цифровые фотоаппараты. Морока с плёнками, проявками и неизвестностью результата определённо останавливала многих. Сейчас зеркальный фотоаппарат не роскошь, у каждого второго жижиста есть какой-нибудь Canon/Nikon/Sony и шляясь по городу или приходя на пьянку, они постоянно что-то снимают. Кто-то практикуется, развивается и растёт, кто-то на автоматических настройках ослепляет вспышкой всё живое. И с каждым днём количество свободного места на хардах у фотографов сокращается под натиском объёмного фотоархива. Тут становится вопрос, что делать с фотографиями? Снимать «для себя» это онанизм — фотографии должны видеть люди. Когда фотографы это понимают, то они заводят себе жж, аккаунт на flickr'е или каком-нибудь фотосайте и там выкладывают кучу своих «неожиданно удачных» работ, вызывая волны холиварных войн Canon vs. Nikon и продолжительные задротские базары «ужасная зернистость», «ногу обрезал», «композиция плохая», «пересвет неба», «мне не нравится». Будем честными, это в целом тоже нахуй никому не интересно. А некоторые люди решают зарабатывать на своих фотографиях, о них мы и поговорим. Ещё...

Ежегодно среднестатистический житель планеты Земля получает десятки идиотских подарков по самым разнообразным случаям. Ежегодно среднестатистический житель планеты Земля-Мужчина, закатив глаза, отправляет в чрево бельевого шкафа очередные носки/трусы, теснит в ванной коллекцию пен для бритья очередным флакончиком и покупает жителю планеты Земля-Женщине очередную мягкую игрушку, туалетную воду и сто одну (о ужас) красную (!!) РОЗУ. Других цветов для мужчин не существует. Это я наболевшем, извините. Подарки в моей жизни бывали всякие: и полезные, и откровенно дурацкие, и банальные, и мега-креативные (что, кстати,не мешает им быть дурацкими). Они бывали очень трогательными и дорогими мне, бывали и прилично дорогими дарителю, но до «сбычи мечт» как-то не дотягивали. Вот и получая на последний ДР пухлый продолговатый конверт, я особенно не обольщалась. Но в конверте неожиданно оказались не купюры в открытке, а 5 минут самой настоящей  мечты — сертификат на 5 минут в аэдинамической трубе. Ведь, сознайтесь, все мечтают испытать хотя бы раз жизни неведомое нам, приземленным существам, чувство полёта. В пятилетнем возрасте на даче я совершенно серьезно изготавливала из бумаги, клея и растерзанной подушки белые крылья и, сосредоточенно сопя и ползая по полу, обстоятельно рассказывала маме, как это будет работать. Мама жарила блины и улыбалась. Не так давно она призналась мне, что до сих пор летает во сне. Ещё...

И порой лучше бы этого не случалось... Вы знаете группу Bloodhound gang? Да, да, “Fire water burn”, “The bad touch” и “Ballad of Chasey Lane”. Для вас это может быть просто песни, просто группа, может вы даже не слышали о них ни разу, а для меня они значат очень много. Если вы видели их фронтмена Джимми Попа, то можете представить, кому я обязан многими чертами поведения, за которые меня так любят или ненавидят. Джимми даже не подозревает, что кто-то в мире так ему благодарен. Ещё...

«Попал в армию». Не режет слух? Слово попал как-то более применимо в случаях «попал в аварию», «попал в тюрьму». Но заметьте, если люди уже стали применять это слово к армии, то наверное всё действительно плохо. А ещё «забрали в армию». Давно я не слышал, чтобы про кого-то говорили «он ушёл в армию». Все либо попадают, либо их забирают. Как-то это дико. Ещё...

Если вы меня спросите, какой мой любимый музей, я не задумываясь отвечу — Дарвиновский. Во-первых: потому что я люблю естественнонаучные музеи больше всех остальных. А во-вторых: в Дарвиновском не только богатая коллекция интересных экспонатов, но ещё здесь работают очень грамотные и умные люди, которые стараются не просто заставить все свободные площади чучелами, а заинтересовать посетителей, применяя весь арсенал современных технических достижений. Несколько слов об экспозиции, интерактивности и поход в хранилище музея смотрите далее. Ещё...