«Попал в армию». Не режет слух? Слово попал как-то более применимо в случаях «попал в аварию», «попал в тюрьму». Но заметьте, если люди уже стали применять это слово к армии, то наверное всё действительно плохо. А ещё «забрали в армию». Давно я не слышал, чтобы про кого-то говорили «он ушёл в армию». Все либо попадают, либо их забирают. Как-то это дико.  

Меня трудно упрекнуть в нелюбви к армии. Я родился в семье военного и всю свою сознательную жизнь прожил в военном городке. С детства воспитывался в любви к оружию и Родине. Любимой дворовой игрой всегда была «войнушка», а самой распространённой темой рисунков - противостояние наших и фашистов, исполнялось всё в красно-чёрных тонах (как бы психологи не визжали об агрессии в рисунках, но Чёрный — это даже по логике лучший цвет для рисования войны, а красными всегда были советские войска и взрывы). За беседкой на территории детского садика мы жгли спички и облизывали сгоревшую серу, называя её «солдатской солью». Под окнами дома ровными колоннами маршировали солдаты, пахнущие кирзой, сигаретами и гуталином, и вызывали нашу мальчишескую зависть тем, что у них были автоматы, которые нам иногда давали подержать. А после учебных стрельб мы всегда бегали на стрельбище собирать гильзы и пули. Непонятно зачем они нам были нужны, но они нам очень нравились.

Когда солдаты брали нас с мальчишками в столовую и угощали горячей солдатской кашей, мы были на седьмом небе от счастья. А хлеба вкуснее солдатского в мире не существует вовсе. Этот непонятный гибрид белого и чёрного хлеба, называемый в народе «серым», имеет просто неповторимый вкус. Его можно есть без всего, всухомятку, настолько он вкусный. И его не продают в магазинах. Я до сих пор убеждён, что командирский УАЗик — лучшее и единственное пригодное к жизни творение отечественного автопрома. Если детский садик не работал, то ко мне домой приходил двухметроворостый солдат из Прибалтики по имени Дарюс Жальнис (до сих пор помню его имя, привет тебе, если когда-нибудь прочитаешь этот текст), стукался головой о низкий дверной проём, потом об люстру, и читал психоделическую книжку «про Кубарика и Томатика: весёлая математика». Уезжая домой после службы, солдаты царапали гвоздями кирпичные стены всех попадавшихся по пути строений или вдавливали маленькие камешки в свежий асфальт, образуя надписи вроде «ДМБ 89 Тула, Саратов, Махачкала». Мы не могли дождаться, когда же вырастем и тоже станем военными… 

А потом всё как-то быстро изменилось. Наверное я чересчур был увлечён половым созреванием, поскольку точно не помню тот момент, когда вдруг отношение к военной службе в нашей стране так ухудшилось. Скорее всего, это всё же было начало Чеченской кампании. Когда мы сидели на уроке математики и слушали сводки новостей по радио, а учитель сокрушался о беспощадности и бессмысленности этого кровопролития. Своими ещё детскими умами мы осознавали, что там гибнут парни в возрасте наших старших братьев. А потом в стране просто начался затяжной кризис. В моём некогда процветавшем военном городке, осталось всего 5 солдат. Мы с ними уже были ровесниками и никакой романтики в их быту не наблюдали. Они занимались ремонтом автомобилей на территории автопарка, чтобы на заработанные деньги покупать себе сигареты и еду. На паёк 30 рублей/месяц особо не шиканёшь. Генералы строили себе дачи в Подмосковье на деньги, заработанные на продаже оружия тем же чеченцам, а солдаты-срочники выступали бесплатной рабочей силой.

Дедовщина не новое изобретение и существовала в армии во все времена, это был один из неофициальных, но отработанных механизмов дисциплины. Любой отслуживший молодой человек расскажет вам, что он тоже либо за дело, либо в целях профилактики получал-таки пиздюлей, но мир не знал раньше о случаях подобных «делу Сычёва». Теперь создан комитет солдатских матерей, организация в которой женщины защищают мужчин от государства. Все теперь знают, как обстоят дела в иностранных армиях: об элитарном отношении к израильским солдатам, французскому легиону и т.д. Перенося всё это на отечественные реалии, понимаешь, что и в этом сегменте мы тоже отстали на один-два десятка лет от остального цивилизованного мира. Но не смотря на это, наш военный комплекс по-прежнему лучший в мире и это внушает чувство гордости за Россию. Почти голый энтузиазм. Уменьшение срока службы было не только выгодным пиар-ходом, чтобы заманить молодых людей в армию, но наверняка ещё и хорошо экономически просчитано. Содержать и кормить тысячи лоботрясов по 2 года — это уж больно дорого.

После школы моя судьба, казалось, была предрешена. Отец — военный, старший брат — военный, я по всем законам жанра просто обязан был продолжить династию. Я поступал в Московский Военный Университет, с весомой протекцией и заведомо известным положительным результатом. Но уехал со сборов через неделю, поняв, насколько глупо я могу потратить своё время, сделав важный шаг в неправильном направлении. Это был первый осознанный взрослый поступок, который повлиял на всю мою дальнейшую жизнь. Я не стал подчиняться воле родителей, реализующих свои фантазии, а поступил так, как хотел я. Да, они долго со мной после этого не хотели разговаривать, но сейчас гордятся мной.

В настоящее время армия уже не имеет главной задачей подготовку каждого молодого человека к возможной войне. Да, очень полезными могут оказаться уроки боевого самбо, прыжки с парашютом в десантных войсках, стрельба из разного вида оружия. Но большую часть времени солдат нужно просто чем-то занять и тогда появляются интересные задания вроде подметания асфальта ломом и т.д. Трудно назвать это патриотическим воспитанием или любым другим полезным для развития личности занятием. Реальная служба не так увлекательна и забавна, как сериал «Солдаты». Вот настанет чудесный день, когда ксомко допишет статью про то, как он сходил в армию, узнаем всё из первых уст 

Когда я решил пойти в аспирантуру, мой куратор просто спросил «Проблемы с военкоматом?». Вчитайтесь и в этот речевой оборот. Способов не пойти служить сейчас много. Все примерно знают, сколько и кому нужно заплатить, чтобы получить военный билет. Многие молодые люди к 18 годам или к моменту получения диплома неожиданно оказываются неизлечимо больными и негодными к строевой службе. Процветает настоящий бизнес на отсрочках. Каждый решает «вопрос с армией» как некий нелинейный квест. Результат должен быть один, а пути у всех разные. Кто-то уезжает из родного города на заработки в столицу, не живёт по месту прописки и бегает от призыва до 27 лет. Кто-то бесхитростно откупается. Кто-то даже выбирает альтернативную службу. Кто-то ходит в армию по-вторникам на 6 часов и надеется после университета попасть «в запас». (Умиляет, кстати, когда лейтенанты военных кафедр, начинают доказывать своё превосходство, хотя они всего лишь прослушали курс лекций и сдали экзамен в летнем оздоровительном лагере, так и не научившись даже наматывать портянки. Это всё равно что сравнивать кубинские сигары и дамские сигареты extra light.) Да что рассказывать, вы сами прекрасно всё знаете. Но разве это нормально?

Это мы сейчас все конечно умные пиздец стали, метро у нас 180 станций, wi-fi, трескотня в ЖЖ, свобода слова, защита прав и т.д. Вот не придумали бы интернет, точно бы народу больше в армии было)) А в провинции действительно армию рассматривают как возможный толчок в карьере и образовании. Да и вообще как правильный жизненный этап, а на деле год картошку чистишь, да плац метёшь, 3 раза дают пострелять из автомата, получаешь по 3 патрона, расписываешься за 30. Будем прослеживать возможный путь патронов на чёрном рынке или ну его?

Что не устраивает нас в армии? Про пиздюли забудем, их и на гражданке получаешь и раздаёшь частенько, так что это обычная сфера жизни, это пугает только мам и девчонок. Год оторванности от нормальной социальной жизни, наверное, один из самых веских факторов. В то время, когда после двух недель отпуска ты с трудом въезжаешь в происходящее на работе и в кругу друзей, а почтовый ящик и ленты новостей разгребаешь ещё месяц, выпадение из жизни на год кажется просто непозволительным. И уж если ты пропадаешь на год, то есть желание посвятить его развитию каких-то ранее недоступных навыков или приращению знаний, раз времени много, но в армии ждёт только постепенная деградация. Оно конечно понятно, умный солдат и дисциплина сочетаются плохо. «Умный» среди солдат — это почти ругательство, а среди офицерского состава почти нонсенс. И количество звёзд на погонах зачастую обратно пропорционально количеству здравого смысла в поведении. Вот и получается, что вместо года развития умственного и физического, в большинстве воинских частей люди просто целый год «делают вид, что служат», потому что ничего не делать или делать то, что хочется, НЕЛЬЗЯ. А это самое любимое слово военных, я это понял ещё в 16 лет и записал.

Я не утверждаю, что не пойду служить в армию. Тут есть 2 варианта: фантастический и немаловероятный.

Фантастический — в нашей стране произойдёт стремительная реформа армии и служба для солдат-срочников станет действительно полезным занятием для каждого отдельно взятого гражданина, позволяющим раскрыть его индивидуальные способности, которые могут быть пригодны для обороны нашей страны, а не для автосервисов и постройки коттеджей.

Немаловероятный — со мной поздоровается милиционер в метро, попросит проехать вместе с ним в отделение, а потом я напишу маме письмо, что я жив, здоров, служу в В/Ч такой-то и приеду через годик. Нельзя отрицать такой вариант событий, история знает немало подобных случаев. Гоняют студентов, чья форма №26 затерялась на почте или в коридорах военкомата, как злостных рецидивистов, с милицией и мигалками. Вот отсюда и все эти «попал», «забрали».

Что же ожидает меня, если я так и не пойду служить? Во-первых, у меня не будет дополнительного одного праздника в году, посвящённого отдельному роду войск. А ещё кто-то может 23-его февраля сказать, что трусы, носки и лезвия для бритвы мне в этот день дарить нельзя, потому что я не мужик! А тот факт, что я стреляю точнее многих отслуживших, это как бы на оборону Родины не влияет. Ещё мне закрыта дорога в некоторые структуры государственного аппарата, где начальниками выступают ещё не вымершие и почему-то не стремящиеся уйти на пенсию военные в отставке. Для них такие выскочки вроде меня, которые субординацию не соблюдают, хуже чирия между булок. По этому поводу я особо не переживаю. Ещё любой перебухавший отслуживший молодой или не очень человек, может безапелляционно наградить меня своим презрением, по той же причине, почему мне нельзя дарить трусы и носки на 23-е февраля. Отслужившему человеку жаль потраченного впустую времени, поэтому он начинает убеждать остальных в исключительности своего подвига, а в крайних случаях, даже свято верить в это. Хотя как не зайдёт разговор на работе со старшими коллегами кому за 40, все плюются и говорят, что сейчас в армии делать совершенно нечего. Они все служили в армии, многие на офицерских должностях, но ни у одного сыновья в армии не были. Это ли не показатель?

В общем, печально всё это. А пока Хомка пишет статью, расскажите, вы служили в армии? Давно, где, что думаете обо мне после прочитанного и о щите нашей страны? Сына своего отправите служить?